м. Клеопа (m_kleopas) wrote,
м. Клеопа
m_kleopas

Categories:

Монашеское панибратство или подлинная традиция?

Хорошая статья вышла у о. Диодора:

Оригинал взят у mondios в Монашеское панибратство или подлинная традиция?
Укоренённость в традиции — как её представляет себе епископ Иосиф:

«Если позволить выбирать игумена или игумению братии или сестрам обители, в которых нет преемственности, и отсутствует укорененность в традиции, то выборы будут осуществляться по принципу личной симпатии и панибратства, потворствуя слабостям и греховным наклонностям насельников. В таких условиях выборы игумена или игумении могли бы только закрепить существующие искажения монашеской жизни, сделать невозможным их исправление».

Укоренённость в традиции — как её представляет себе епископ Аристарх:

«Некоторые светские критики настаивают на необходимости выбора настоятелей и настоятельниц монастырей. Однако, при этом не учитывается тот факт, что монашеская жизнь в России на большей своей территории только возрождается после страшных репрессий, гонений и испытаний советского периода. В Сибирских и дальневосточных регионах некоторые монастыри впервые устраиваются. Если позволить братии или сестрам выбирать игумена (игумению) обители, в которой нет преемственности, и отсутствует монашеские традиции, то выборы могут осуществляться по принципу личной симпатии и панибратства, потворствуя человеческим слабостям и греховным наклонностям. В таких условиях выборы могли бы только закрепить существующие искажения монашеской жизни, сделать невозможным их исправление».

Вот как традиция представлена в нашем монашеском предании — как это видно из жития преподобного Сергия, которое мы сегодня читали на трапезе по случаю престольного праздника:

«После того, как пришли к Сергию братия, поселился в новопостроенной обители и священноинок Митрофан, совершивший обряд пострижения над преподобным Сергием; с радостью он был встречен братией, и единодушно всеми избран игуменом... Но Митрофан, прожив в обители около года, скончался. Тогда братия стали просить преподобного, чтобы он сам принял сан священства и был у них игуменом. Сергий отказался: он хотел подражать Господу и быть всем слугою. <...> Наконец, подвижники Радонежской пустыни, уговорившись между собою и решив избрать игуменом преподобного Сергия, собрались вместе, пришли к нему и сказали: "Отче, не можем мы жить без игумена, желаем, чтобы ты был нашим наставником и руководителем, мы хотим приходить к тебе с покаянием и, открывая пред тобою все помышления, всякий день получать от тебя разрешение наших грехов...". <...> Святой отправился в Переславль Залесский к Афанасию, епископу Волынскому... Святитель ласково принял подвижника и долго беседовал с ним о спасении души. По окончании беседы, преподобный Сергий смиренно поклонился Афанасию и стал просить у него игумена в свою обитель. На его просьбу святитель ответствовал: "Отныне будь отцом и игуменом для братии, тобою собранной в новой обители Живоначальной Троицы!"... С ликованием встретили игумена пустынножители, они вышли навстречу своему наставнику и отцу и с сыновнею любовью поклонились ему».

Таким образом, монашеская традиция, о которой свидетельствует житие преподобного отца нашего Сергия, подразумевает 1) избрание братией своего отца и наставника, 2) испрашивание благословения у епископа, 3) утверждение епископом избранного игумена. Никакой демократии, обхода власти и панибратства здесь нет. Здесь есть осуществление церковного способа бытия, воплощение богословия Церкви о единстве верующего народа в Евхаристии и епископе: народ выбирает образ жизни в соответствии с заповедями Евангелия, а епископ благословляет и наставляет в этом евангельском пути.

Теперь, если мы рассмотрим, как понимает традицию епископ Иосиф и епископ Аристарх, мы вынуждены будем признать, что, оказывается, в монастыре преподобного Сергия выбор игумена был осуществлён «по принципу личной симпатии и панибратства», что преподобный «потворствовал слабостям и греховным наклонностям насельников». В итоге выборы игумена в обители Живоначальной Троицы только «закрепили существующие искажения монашеской жизни, сделали невозможным их исправление». Очевидно, что такой вывод абсурден. Образ мысли и логика преосвященных совершенно непонятна. Непонятно, на какую такую традицию они ссылаются, не приводя по принятому обычаю ни одной ссылки и ни одной цитаты из авторитетных христианских источников и предлагая верить им на слово. При всём моём уважении к епископам, я вынужден обратить их внимание на то, что их заявления должны быть обоснованы соответствующими указаниями на традицию, должны опираться на тексты и конкретные уставы, написанные отцами монашества, а не происходить из собственной головы и собственного опыта.

Можно подумать, что епископы — просто реалисты. Они хорошо знают нынешнее положение монастырей, в которых очень часто живёт непонятно кто, начиная от бомжей и кончая больными-алкоголиками и вчерашними наркоманами. Конечно, в таких условиях выбор игумена невозможен. Но разве «Положение о монастырях и монашествующих» должно ориентироваться на эти искажения, принимая их за норму церковной жизни? Разве благочестивое стремление братии иметь своим духовным наставником уважаемого и опытного человека, прожившего много лет в обители, противоречит каким-либо церковным правилам и евангельскому идеалу? Зачем отождествлять искажения, имеющие место в тех или иных случаях и требующие исправления, с тем, что должно быть принято в качестве нормы церковной жизни? Проект устава должен подразумевать возможность жить согласно идеалу — при этом никакого самочиния и противостояния церковной власти даже не предполагается.

У меня осталось впечатление, что оба епископа не поняли, в чём состоит критика проекта положения в части, касающейся выбора игуменов и игумений монастырей, и поспешили с обобщениями. Однако, этот вопрос требует более детального рассмотрения. Каноническое право, определяющее принцип избрания игуменов в качестве нормы, освящённой церковной традицией и древностью, предполагает действие этого принципа не безусловно. Обычно указываются следующие необходимые условия возможности избрания игумена (подробнее, со ссылками смотри здесь и здесь): 1) кандидат должен прожить в монастыре, в котором он избирается, не меньше определённого количества лет (обычно не меньше 10-15 лет); 2) в избрании игумена участвуют не все насельники обители, а только те, которые прожили в ней не меньше определённого количества лет (обычно 6-8 лет); 3) избрание игумена осуществляется в монастыре, в котором количество монахов выше определённого числа (обычно выше 6 человек); 4) в случае, если монастырь пуст или монашествующие по возрасту и здоровью не способны к игуменскому служению, то игумен назначается архиереем; 5) при назначении игумена из другого монастыря учитывается мнение игумена и Духовного собора, из которого берётся игумен для другого монастыря — если сам назначаемый или Духовный собор его родного монастыря против, то архиерей не имеет права назначать его на основе собственного единоличного решения; 6) во многих уставах указывается, что кандидатом в игумены может быть только человек, имеющий священный сан иеромонаха (на Святой Горе — член Совета старцев, «герондии»); 7) обычно все уставы указывают, что кандидат должен отличаться благочестием, христианскими добродетелями, церковным образованием; 8) учитывается возраст избираемого (обычно не моложе 30 лет); 9) после избрания Игумена, архиерею обязательно отправляется отчёт об избрании и испрашивается благословение на назначение избранного игумена; 10) архиерей, рассмотрев порядок избрания и не найдя никаких злоупотреблений, отправляет в священный синод прошение о назначении новоизбранного игумена, а затем, получив одобрение Синода, своим указом назначает избранного законным игуменом монастыря. Если внимательно познакомиться с этими положениями, то будет отведена основная аргументация епископа Аристарха, ссылающегося на новоткрываемые обители и отсутствующую традицию в монастырях Сибири: для таких обителей и не требуется избрание игумена; но возможность избрания должна быть отмечена в проекте для тех монастырей, которые существуют в других, более благоприятных условиях.  

Из всего этого видно, что ни о каком «монашеском самочинии» или «панибратстве» речи и быть не может. Именно таков порядок, утверждённый каноническим правом.

И напоследок приведу слова преподобного Саввы Сербского, написавшего устав Хиландарской обители. Вот место, в котором преподобный говорит о порядке избрания игумена своего монастыря и о важности независимости монастыря от какой-либо светской или даже церковной власти (надеюсь, преосвященные владыки прочтут эти слова святого и изменят своё безосновательное мнение о панибратстве и греховных склонностях насельников монастырей, пришедших, как это ни странно, всё-таки спасать свои души и жить по заповедям Евангелия, а не заниматься развитием своих греховных склонностей). В качестве пояснения лишь скажу, что сейчас такая свобода, о которой говорит преп. Савва, не предполагается уставами монастырей и никто сейчас этого не требует — здесь важно просто обратить внимание на дух устава и принципы, которыми руководствуется отец монашества святой Савва Сербский. Именно этот дух должен быть примером для игуменов монастырей и авторов любого проекта, который касается монашества и претендует на следование монашеской традиции.

«Необходимо также напомнить вашей любви и о неизменном и нерушимом порядке поставления игумена, если захотите выбрать игумена, и эконома, и первого экклиесиарха. <...> Когда же ваш игумен преставится ко Господу или по своей воле оставит игуменство, пусть эконом и экклесиарх выберут 10 или 12 самых старших из братии; пусть они войдут в церковь и продумают, кого выбрать игуменом. И пусть он откроется не только их телесным очам, но и душевным; и чтобы вся братия знала, что он пребывает в добродетели, в праведности и преподобии и имеет свободу сказать: Придите, чада послушайте меня. Страху Господню научу вас (Пс.33:12). Возмите иго мое на себе и научитеся от мене, ибо кроток семь и смирен сердцем и обрящете покой душам вашим (Мф.11:29). Да не будет наговора ради удовлетворения телесных похотей. Выйдя из церкви, объявите о том, кого выбрали, всем».

Как видим, в обители преподобного Саввы избирался не только игумен; там являются избирательными все основные должности в монастыре. А вот, какова была главная забота преподобного:

«Заповедаю всем вам от Господа Бога Вседержителя, чтобы этот святой монастырь был независим от всех здешних властей, от Прота и других монастырей, и от отдельных владык. И чтобы он не был ни под чьим управлением: ни царским, ни церковным, ни каким другим, но был управляем единой Славимой Богородицей Наставницей и молитвой преблаженного и святого отца, который игуменствует в нем. Необходимо также хранить, исправлять, управлять и владеть и грамотами блаженных царей, которыми утверждается и обеспечивается не зависимая ни от какой власти, непоколебимая и неизменяемая свобода, и так должно быть всегда. Если же кто-нибудь, водимый демонским искушением, когда-нибудь восхочет подчинить монастырь каким-либо образом, или устроить его под некой властью, будь то нищих или мирян, будь то сам игумен или кто из братии этого монастыря, да будет повинен не только Божественному Телу и Крови Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа и Богоматери Госпоже нашей Благодетельнице, но пусть будет ему и анафема, как сказал Божественный апостол (1Кор.12:3;16:22;Гал.1:8), и проклятие трехсот восемнадцати Отцов, и пусть явится наследником Иуды-предателя и соучастником говоривших: Возьми, возьми Его! (Ин.19:15); и пусть причислится к кричавшим: Кровь Его на нас и на наших детях (Мф.27:25). Ибо многим потом и трудом обновилось и устроилось это запустевшее место, и восстановившими его было заповедано, чтобы было оно свободно. Если же случится, что злом и лукавой волей оно подпадет под власть испорченных и лукавых людей, не взирающих ни на что, кроме пагубной корысти, несчастный несчастье сделает! И не только это, но тем самым будет попирать и кресты блаженных царей, которые они своей боголюбивой волей изобразили в хрисовулах, давая свободу монастырю. Трижды несчастен и трижды проклят тот, кто нарушит свободу и ничего не подумает, кто бы то ни был. Как не будет виновен тот, кто учинил бы нечто подобное? Пусть это будет предписано таким образом».

Проклятие тех, кто посягнёт на свободу монастыря, — вот последнее слово великого наставника монашества, который прекрасно знал, в каких условиях монастыри процветают, а в каких погибают, и по чьей вине.

Я уверен, что в решении вопроса о монастырях епископами должен руководить не страх человеческий, не мирская логика «администратора», а страх Божий, страх отвечать за свои поступки и решения перед Богом и сонмом святых, которые спросят, насколько хорошо епископы, ответственные за монашество и общецерковные проекты, изучили святоотеческие уставы и насколько честно и бескорыстно они следовали их наставлениям. Декларировать принадлежность к традиции — ещё не значит принадлежать к ней: вопрос о традиции требует всестороннего и кропотливого изучения, анализа и обсуждения. Он не может быть решён общими фразами и бессодержательными обвинениями несогласных во всех мыслимых и немыслимых прегрешениях. Каждый епископ, если он не считает себя непогрешимым, должен понимать свою ограниченность и участвовать в общецерковном обсуждении на общих основаниях, прислушиваться к критике проектов и принимать обоснованные аргументы, если они согласуются с монашеской традицией и каноническим правом. Никто не является непогрешимым — соборное обсуждение вопросов, касающихся церковного устройства, на которое дано благословение Патриарха Московского и всея Руси, именно и направлено на то, чтобы выяснить истину относительно спорных моментов и избрать лучшее.

Преподобне отче Сергие, помоги русскому монашеству, наставником которого ты являешься, встать на ноги и пойти по заповеданному тобой и всеми святыми благословенному монашескому пути — не так, как того хочет мирское мудрование, а как то предписывает подлинная древняя монашеская традиция!

Tags: монашество
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments